Федоренко, Александр Илларионович

Материал из Крымологии
Перейти к: навигация, поиск
Пенсионер Федоренко у бассейна госдачи № 1, в котором в настоящее время находится дельфинарий.
Александр Илларионович Федоренко — первый комендант госдачи № 1[1], подполковник.

Женат. Жена Федоренко Лариса Александровна.

Биография

Александр Федоренко родился 25 ноября 1916 г. в Запорожской области. В органах службы безопасности СССР с 1940 г. сразу после окончания инженерно-строительного института. Служил при Главном управлении аэродромного строительства, затем в строительно-эксплуатационном управлении МГБ, участвовал в реконструкции дворцовых комплексов Крыма. В 1955-60 гг. – комендант госдач № 1 и № 2 в Нижней Ореанде, в 1961-64 – комендант госдач № 5 и № 7 в Мисхоре. С 1964 г и до выхода в отставку в звании подполковника – главный инженер военно-строительного отдела КГБ СССР. После ухода со службы до середины 90-х работал вольнонаемным в санатории «Ветеран», образованном из госдач в Нижней Ореанде.

В настоящее время проживает в Ялте по улице Таврической, дом 7, кв. 20.

Из воспоминаний Федоренко о Хрущёве

Комендант Федоренко (на заднем плане) с охраной Хрущева[2]
Федоренко отвечал за все хозяйственные и бытовые вопросы, связанные с пребыванием Никиты Сергеевича и его семьи на госдаче № 1. Ему, тогда 39-летнему капитану госбезопасности довелось вместе с руководством Ялты встречать высоких гостей на причале в Нижней Ореанде.
« «Тогда Никита Сергеевич приехал со всей семьей. Была жена его Нина Петровна, дочери – Юля и Рада, зять Алексей Аджубей, сын Сережа и три внука. Вместе с ними несколько человек сопровождающих из Москвы — лечащий врач, медсестра, секретарь и всего четыре человека личной охраны. По натуре своей Никита Сергеевич был человеком непритязательным, поэтому все ему на даче понравилось, и никаких нареканий по обустройству я не слышал». »

Как рассказывает Александр Илларионович, для Никиты Сергеевича на пляже соорудили полотняный навес, там был лежак и несколько плетенных кресел с круглым столиком. От дома туда даже линию спецсвязи протянули, чтобы Хрущев мог в любую минуту поговорить по телефону. Никита Сергеевич плохо умел плавать, поэтому всегда купался с надувным резиновым кругом желтого или красного цвета. А рядом с ним по долгу службы ныряли два-три прикрепленных охранника.

Первый сезон прошел без сучка и задоринки, за исключением одного трагикомичного случая.

« «Как-то вечером Юля после купания из ванной комнаты на первом этаже не смогла выйти – заклинили совсем новые еще шпингалеты. Там одной ручкой защелка сверху и снизу сразу закрывалась. Меня вызвали, и я пришел с бригадиром слесарей, совсем темно уже было. Дверь там мощная, дубовая – так просто не сковырнешь. Решили, что лучше слесарю через окно лезть. Он встал мне на плечи и полез. А вокруг дома темнота, только внутри освещение. И как раз в этот момент нас застал Никита Сергеевич. Он любил перед сном молча побродить вокруг дома с битой для игры в городки. Как заорал: «Кто здесь?» Главное, внезапно все как-то произошло. Ну, я успел ответить: «Свои! У нас тут ЧП – Юля из ванной выйти не может». Он успокоился, а мы разобрались с защелкой и вызволили Юлю» »
- вспоминает Александр Илларионович.

С приездом в 1963-м на отдых в Крым короля Афганистана Мохаммеда Захир Шаха с сыном-наследником связан дачно-партийный скандал[3]. Хрущев, чтобы разместить афганскую делегацию посреди отпуска попросил Брежнева – тогда еще председателя Президиума Верховного Совета СССР, и члена Политбюро ЦК КПСС Михаила Андреевича Суслова переехать на другие дачи. Суслову предложили «четверку» в Кореизе вместо мисхорской госдачи № 5 «Маевка», а Брежневу вместо госдачи № 7 «Чаир» — одну из дач в Мухолатке.

« «Я же тогда, как раз перешел из Нижней Ореанды комендантом этих дач в Мисхоре. И подумал еще: «Что ж ты делаешь, Никита Сергеевич?! Это ж твои ближайшие – один с левой руки, другой с правой!». Михаилу Андреевичу очень нравилась «Маевка». Он в отличии от других гостей к себе не звал, любил тишину и покой. Кино посмотрит, в море искупается, в домино постучит со своими. С ним жена отдыхала, две внучки, иногда невестка приезжала. И он очень обиделся. Уехал – даже не попрощался с нами! А у Брежнева родных человек двенадцать всегда. Они там чувствовали себя как дома. И конечно обиделись. Леонида Ильича я провожал на пирсе. Перед тем как его на катер подняли на руках, чтоб не дай Бог, с мостика в воду не упал, я ему сочувственно сказал: «Обижают наших». Он же в ответ ничего не сказал, даже «До свидания». Ну а потом явились эти чудаки-афганцы… Я понимаю, что короля Хрущев пригласил для решения государственных вопросов, но мне самому обидно было за Суслова за Брежнева, что он их выселил, как нашкодивших учеников. Тогда ведь уже было восемь дач и имелись варианты размещения.» »

В итоге в распоряжении короля и наследного принца оказалась госдача № 7 «Чаир», а свиту из министров и генералов распределили на сусловской «пятерке».

По словам Александра Илларионовича, тот сезон оставил неприятный осадок из-за скандала с Сусловым и Брежневым. Характер Хрущева в начале 60-х стал меняться к худшему, стали явно проступать диктаторские нотки. Ближайшие друзья-соратники уже чуть ли не бегом бежали к нему, если он вызывал. И возможно в 64-м они ему припомнили и этот эпизод переселения.

Из воспоминаний Федоренко о Брежневе

« Леонид Ильич был порядочным и добрым. Одним словом, простым человеком. Никогда на нас голос не повышал. Никогда не предъявлял требований, которые мы не могли выполнить. Хороший мужик был! Русский до мозга костей. Но с характером. Мог быть и жестким, и сказать что-то, если нужно... но не кричать, не орать.

А непоседа был страшный! Это что-то невероятное! Охрана за ним не успевала. Помню один случай, который произошел в начале 60-х на 7-й даче [4]. Брежнев был тогда еще председателем Президиума Верховного Совета СССР [5]. Как-то зашел он в беседку в домино играть. Прихожу через пять минут - его там уже нет. Леонид Ильич сел в лодку и поплыл. Без охраны. А в море вокруг - тысячи отдыхающих! Тогда ведь рядом с 7-й госдачей располагались санатории "Украина", "Красное знамя"... А он не спросил, не сказал ничего никому, не предупредил, на голову ничего не надел. Солнце-то печет!

»

Примечания



Все тексты и изображения, опубликованные в проектах Крымологии, включая личные страницы участников, могут использоваться кем угодно, для любых целей, кроме запрещенных законодательством Украины.